Вода — их стихия
Они обладают отменным здоровьем, стопроцентным зрением, выносливостью и стрессоустойчивостью. Работа эта только с первого взгляда отдает романтизмом, но мутные илистые и холодные воды водоемов, где им приходится работать, смывают его в первые же минуты погружения. И сухим из воды может выйти только тот, кто действительно хорошо подготовлен и обучен.
Водолазы-спасатели, которые служат в аварийно-спасательном отряде УГОЧС г. Сарова, не всегда отмечают профессиональный праздник. Из пятнадцати спасателей, что служат сейчас в отряде, лишь пятеро имеют разрешение на проведение водолазных работ. Опасное это дело, которому надо долго учиться. Саровские спасатели-водолазы проходят обучение и получают квалификацию в Санкт-Петербургской медицинской академии.
Хотя водолазные работы — отнюдь не профильное направление отряда. Водолазы выполняют весь спектр спасательных работ наряду с другими сотрудниками отряда. Тем не менее, город возлагает на них еще и «особые» функции. Например, искать утопленников и вещдоки, которые проходят по уголовным делам, обследовать и очищать дно городских водоемов накануне пляжного сезона,
— С организацией в городе водолазных работ всегда была большая проблема. Специалистов, способных санкционировано вести такие работы, у нас больше нет (санкционировано — значит, имея на руках разрешение, квалификационные допуски, результаты медицинского обследования,
Впрочем, чаще всего саровские спасатели обходятся своими силами, ведь акваторий в городе не так много и они небольшие.
Профессия водолаза по вредным и опасным условиям труда относится к первой группе риска. На пенсию они выходят рано. А отчетной документации и инструкций, которые должен знать и соблюдать водолаз, на столе у командира отряда — три огромных папки. Такая ответственность вкупе со сложностью задач и опасностью делает эту профессию редкой даже среди спасателей.
Чтобы получить разрешение на проведение подводных работ надо иметь здоровье «как у космонавта». То есть безупречное. Поэтому некоторые ребята отсеиваются уже на стадии медицинской комиссии. Другие уходят из профессии по состоянию здоровья.
Спасатели-водолазы саровского отряда спасателей проходят плановое медицинское обследование один раз в год. И регулярный осмотр до и после каждого погружения. В отряде есть свой специалист, который также имеет водолазную медицинскую подготовку. Среди самых распространенных болезней представителей этой профессии — те, что связаны с воздействием давления на организм человека. Декомпрессионная болезнь (или кессонная), разрывы барабанных перепонок, баротравмы легких, обжимы тела и лица (особенно это бывает у новичков, когда на теле от водолазного снаряжения остаются синяки)… В общем, лучше и не думать. Но в саровском отряде, слава Богу, серьезных профессиональных заболеваний ни у кого не было.
Первое, что должен хорошо знать водолаз — свое снаряжение. Оно сильно отличается от дайвингистского. Во-первых, плотным гидрокостюмом, потому что спасателям приходится работать и зимой.
А.Калинин:
— Температура воды в водоемах зимой не опускается ниже четырех градусов. Через пятнадцать минут после погружения уже ощущаешь холод. А под водой, как правило, приходится работать гораздо дольше. К тому же тело утопленника вполне может попасть на ключ. Тогда оно, как в холодильнике, пролежит под водой очень долго даже в теплое время года: вода в источнике редко бывает выше 6−8 градусов. Работать бывает холодно, аж мышцы лица сводит.
Во-вторых, водолаз должен отлично знать, как действовать в аварийных ситуациях, как починить оборудование, как оказать первую медицинскую помощь, должен помнить о губительном воздействии на организм глубоководного погружения и как минимизировать связанные с этим риски. И обязательно уметь принимать взвешенные решения, ведь под водой все ощущения отличаются.
Основной этап обучения — спуски под воду. Их проводят в разное время года и при различных погодных условиях.
— В Сарове акватории неглубокие, в среднем не более пяти метров. А вот за зоной приходилось опускаться и на четырнадцать. Сатис и его запруды отличаются очень большой загрязненностью. А это во многом усложняет работу, — продолжает Андрей Калинин.
То, как представляют себе работу спасателей большинство граждан, овеяно ореолом подводного плавания. Водолазов часто путают с дайверами. Но это далеко не одно и то же и по специфике погружений, и по используемому оборудованию и навыкам, которые необходимо иметь (а самое главное по целям которые стоят перед ними). Дайвер — это любитель, а дайвинг — вид отдыха. Тогда как водолаз выполняет работы под водой. И задачи, которые приходится выполнять, и сами условия сильно отличаются от тех, с которыми привык сталкиваться дайвер. Он не плавает в мутной воде, не ныряет зимой, не очищает дно от мусора и уж тем более не ищет там трупы. А водолаз работает там, куда пошлют.
А.Калинин:
— Нам приходилось искать утонувших, и уж поверьте мне, натыкаться на тело при видимости в полметра — удовольствие малоприятное. Ко мне обращались дайверы и просили привлечь их к поисковым работам. Привлекал. Больше повторно никто не обращался.
За всю свою практику наиболее интенсивно саровские спасатели работали, пожалуй, в 1999 году.
— Тогда почему-то люди очень часто тонули, и мы работали по всем акваториям. Выезжали и на Мокшу, и на городские озера, — вспоминает командир. — За один сезон подняли из воды пятнадцать утонувших. Памятными были работы и по поиску Лизы Тишкиной. Они продолжаются и сейчас: каждое лето мы обследуем городские водоемы.
Исследование дна в период подготовки к пляжному сезону водолазам запоминается иногда даже сильнее, чем другие поисковые работы. В основном на свет Божий из-под воды извлекаются пустые бутылки из-под алкоголя и жестяные банки. Не поверите, но больше всего их бывает… в детском «лягушатнике» на Протяжке. То ли детки так веселятся, то ли взрослые перепутали место отдыха.
Теряют и сотовые телефоны, и украшения. Но спасатели редко откликаются на такие просьбы: во-первых, у них специфика другая, во-вторых, это равнозначно поискам иголки в стоге сена. Уровень ила в водоемах удручает: ну не успевает аквасистема очиститься за сезон, уж слишком много плотин в окрестностях города.
Зато однажды отличились нижегородские коллеги.
А.Калинин:
— Был случай: Никита Михалков в своем имении в деревне Щепачиха Павловского района уронил в озеро фамильный перстень. Очень дорогой. Уж не знаю, что он пообещал спасателям и сколько они работали, но нашли! А ведь вероятность почти нулевая. А мы однажды искали затопленный колокол. Несколько лет назад активисты Саровской пустыни обратились к нам с просьбой: в реке Сатис их магнитный прибор уловил якобы большое скопление железа. Предположили, что это церковный колокол. Мы долго искали, но так ничего не нашли.
Сейчас саровским водолазам-спасателям хотелось бы, чтобы в отряде появилась хоть один штатный водолазный специалист. Ведь пять человек, которые сейчас выполняют подводные работы, — не штатные водолазы.
Наша справка
Аварийно-спасательный отряд в Сарове был создан в 1998 году. Уже через год в нем появились первые водолазы-спасатели, а в 2008-м была укомплектована внештатная водолазная станция, в которой сейчас числятся пять водолазов.
Ольга РУКС, фото предоставлено аварийно-спасательным отрядом
djdance