Семья: эволюция продолжается!

В Год молодежи мы продолжаем рассказ о молодых семьях, работающих во ВНИИЭФ. Они очень разные, и этим они прекрасны — кто-то увлечен спортом, кто-то изо всех сил вьет гнездо, другие посвятили себя общественной работе. Большинство с удовольствием каждое утро идет на работу, самоутверждается, делает карьеру. Это — молодое лицо РФЯЦ-ВНИИЭФ.

Они чуть-чуть эгоисты. Ровно в той степени, когда на себя не наплевать, значит, и на других тоже. В них нет задора, который принято называть комсомольским, они не рвутся в бой, тем более что его и нет вовсе. Живут для себя, уверенно складывая паззлы удобств: престижная работа, хорошая машина, большой дом, колледж для ребенка. Их мир рационален, свеж и полон. Они перешагнули в XXI век, чтобы сделать его подходящим для своих детей. Это поколение тех, кому до 30.

Ирина и Сергей. Твердые «р» в именах предполагают, что их владельцы решительны и категоричны. Но оба юных Фильцова оказались мягкими и дружелюбными, быть может, поначалу слегка напуганными:

— А что вы спрашивать будете? — Ира снимает пальто и оказывается в модной шерстяной майке поверх белой блузки, на безымянном пальчике — необыкновенной красоты кольцо. У Сергея такое же. — Это свадебные кольца. Мы их вместе выбирали, хотели что-то особенное.

«Что-то особенное» — буквально лейтмотив рассказа о пока самом важном событии в жизни молодой пары. Это сейчас Сергей спокойно трудится во ВНИИЭФ, имеет общественную нагрузку как член Совета молодых ученых и специалистов, а Ира заканчивает нижегородский университет, оформляет прописку и ищет работу. А ведь еще полгода назад был взрыв, фейерверк, бурный поток — готовилась свадьба!

— Фильм о свадьбе нам смонтировали только неделю назад. И за это время, пока он у нас, мы посмотрели его шесть раз: с бабушкой и дедушкой, мамой и папой, с братом и сами — три!

А взглянуть было на что. Платье — самое необыкновенное, цвета шампанского, шикарная черная машина с белыми цветами, путешествие до застолья — в сто километров, вся округа чтобы знала — мы вместе! И первый танец под падающими лепестками, а последний — под сияние свечей. И шары, выпущенные в небо, и пара белых голубков, и мыльные пузыри, и лебеди, и сердечки — ах, романтика…

— Я страшно нервничала, — Ира вспоминает регистрацию с улыбкой. — Мы две недели до свадьбы не виделись, и за это время я успела из брюнетки превратиться в блондинку. Ночь до торжества совсем не спала, а когда ждала Сергея в ЗАГСе в комнате невесты, дрожала так, что думала - вот-вот сознание потеряю.

— Я вошел и… обалдел. Стою, смотрю на Иру огромными глазами и не могу шагу ступить.

Опытные операторы стали шипеть — подсказывать, как поступать молодому дальше: мол, фату подними, поцелуй. Да не так, крепче… И нервная горячка слегка отпустила.

Разлуки — норма для Фильцовых. Осенью надеются вступить в жилищную программу ВНИИЭФа «Молодая семья», а пока уже четвертый год они катаются друг к другу в гости, мечтая о собственном доме в Сарове. Сергей — из Сатиса, Ира — нижегородка. И за родной город мне мгновенно становится обидно:

— Сережа, что ж, не нашлось невест в Сарове?

— Как-то неохотно местные девушки шли на контакт, пришлось искать в Нижнем.

«Столичная штучка» Ирина отыскалась на сайте знакомств. Сергей подмигнул, Ирина отозвалась, потом — простые вопросы, открытые ответы. Первая встреча спустя три месяца переписки и звонков. Кто-то скептически относится к этому способу обрести свою половинку, но… Ура Интернету, раз он помогает соединять сердца! Всемирная паутина — как примета времени, где мои собеседники — герои.

— Какой он, ваш молодой современник?

— Целеустремленный, справедливый. Ему присуще здравомыслие, — пара вспоминает свои качества, перебирает в памяти свойства характера своих друзей и знакомых. — Он мало читает классику (школа отбила охоту), интересуется специальной литературой, научными открытиями. Его интересует информация — чтобы много и разная. Это, конечно, Интернет, но и периодические издания, правда, не общие, а узконишевые — про машины, моду. Он оптимист, и руки у него не опускаются от неприятностей. Умеет сделать правильный выбор. Он очень ответственный — за свое дело в первую очередь!

Не нахожу отклика, когда пытаюсь узнать что-нибудь о моральных качествах Героя нашего времени, узнать про стыд, совесть. Что это — нехороший симптом или просто о таких вещах не задумываются и живут ими, как воздухом дышат?

— Вы чувствуете, как сильно отличаетесь от прошлых поколений - дедушек, отцов?

— Непонимания нет, но многие вещи, которые их просто пугают, нам кажутся обыденными. Например, потратить деньги на хорошую вещь, в которой нет острой необходимости. Раньше бедно жили, и было нормой, что платье свадебное передавалось из поколения в поколение, а сейчас вещи не успевают снашиваться, как мы приобретаем новые, и ничего…

Нынешних молодых не страшат те самые вызовы, о которых мы все сейчас так много говорим. Им не передалось опасение войны, свойственное людям прошлого столетия. Самое большое испытание — кризисом — только началось. И несмотря на это:

— К осени надеемся обзавестись квартирой. Так хочется зажить вдвоем, своей семьей. Хотим детей — троих, — говорит Сергей.

Жена пока не поддерживает мечты мужа о большой семье:

— Нет, я хочу одного, и чтобы все у него было. Я одна в семье, и привыкла получать все внимание и любовь родных. Дать всем поровну что-то материальное — не проблема. Но как же я смогу свое сердце разделить на всех — вот вопрос!

Проблемы воспитания тоже обсуждались, тут полное согласие:

— Любовь к ребенку не должна быть тотальной и всепоглощающей, а иначе может вырасти «чудовище». И ругать надо, и пороть — по необходимости.

— Это сложная грань — понять, где ласка уже «не работает», — раздумывает Сергей. — Уберечь от дурного влияния, не давя своим авторитетом, увлечь чем-то, и чтобы было простое детство — с шалостями, радостями… Сложно это все, будем полагаться на интуицию.

— У нас, женщин, длинный-предлинный список претензий к вам, мужчинам. Что можно вытерпеть от супруга, а что — ни за какие коврижки?

— Предательство — нет, — ответ традиционен. — Другие слабости возможны. Например, исчезновение три раза в неделю в тренажерный зал, — Ирина обреченно добавляет: — Но я тоже приобщаюсь к увлечениям мужа, он мне купил гантели и обруч.

— Про «купил» — это очень интересно. Ты же сама пока не зарабатываешь, как же вы распределяете семейный бюджет?

— Решаем вдвоем, что надо приобрести, — Ирина вздыхает. — А то, что выходит за рамки возможного, Сергей обещает купить в следующий раз.

Еще одна примета времени — отсутствие общего кошелька, сосредоточенного в руках жены. Почему наши мамы требовали от наших пап выдачу всей зарплаты — до копеечки? Молодым даже в голову это не приходит! Формирование бюджета происходит на семейном совете, без взаимных упреков и лишних обид, с пониманием и всей ответственностью перед будущим. Это нормально.

Напоследок готовлю провокацию:

— Не очень-то ваши сверстники любят жениться, верно?

— Подтвердим! Полно знакомых пар, которые живут «гражданским» браком и в ЗАГС не собираются.

— А может, в этом и есть сермяжная правда будущего? Зачем сковывать себя узами, когда можно и так… У Семьи вообще есть шанс?

— Мы отрицательно относимся к «гражданским» бракам. Это ненормально — никто никому ничего не должен. Пожил с одним — не понравилось, ушел к другому, пожил с ним — снова не то, ушел к третьему. Оглянешься — ни настоящей семьи, ни детей, одни пустые лица позади. 20 лет назад, когда железный занавес был сломан, в Россию хлынула волна вседозволенности — свободных отношений в том числе. Но это не наше, не русское. Это пена, которая сойдет, и останется главное. Мы хотим жить ради детей, чтобы они выросли здоровыми, умненькими. И чтобы родителями гордились.

Современные люди они, эти Ира и Сергей Фильцовы, но настрой у них такой древний, что даже старомодным не кажется. Потому что правильный.

Елена Бабинова

Фото из архива семьи Фильцовых