С. Кириенко: «единство отрасли будет сохранено»
В прошлый вторник, 22 ноября, директор РФЯЦ-ВНИИЭФ
В минувший понедельник Радий Иванович собрал пресс-конференцию, чтобы поделиться впечатлениями от этой встречи. Однако начал он с благодарности в адрес предыдущего руководителя.
— Я очень благодарен бывшему руководителю Федерального агентства по атомной энергии Александру Юрьевичу Румянцеву, с которым у нас сложились конструктивные и серьезные отношения. Он всегда подчеркивал, что оборонный комплекс — это гордость Российской Федерации и Росатома. Именно в оборонном комплексе — самое маленькое расстояние между достижениями фундаментальной и прикладной науки и конкретными образцами военной техники.
С Сергеем Владиленовичем Кириенко у нас сложились хорошие, тесные отношения, когда он был полномочным представителем Президента в Приволжском федеральном округе. Он довольно часто приезжал к нам, с большим уважением относился к Институту и Сарову, и мы надеемся, что конструктивные отношения будут продолжены и теперь, когда он занял новый пост.
В ходе нашей встречи Сергей Владиленович определенно и четко сказал: отрасль должна быть единой, и единство отрасли будет сохранено.
Изменения, конечно, будут. Они коснутся, в первую очередь, атомной энергетики. Например, до сих пор не создан полутора-двухгигаваттный российский реактор, и оборудовать АЭС в Финляндии будут выигравшие этот проект французы. Для нормального развития атомной энергетики нужно строить несколько энергоблоков в год (сейчас строится один), а для этого нужны инвестиции, и ему как руководителю придется этим заниматься.
К ядерно-оружейному комплексу у Сергея Владиленовича, по его словам, самое бережное отношение. Главный принцип здесь: не навреди! Когда я заговорил о необходимости некоторых изменений, он сказал, что готов это серьезно обсуждать, но приоритет: не навреди.
В целом беседа была очень интересной, конструктивной, благожелательной. Мы договорились, что принципиальные вопросы, которые будут возникать в жизни Института, мы с ним будем обсуждать.
Я, конечно, пожаловался, что плохо идут дела с определением статуса Института, что нам не нравится ситуация, связанная с финансированием нашей расчетной и экспериментальной базы и ряд других вопросов — он попросил подготовить документы, после чего мы встретимся и внимательно рассмотрим эти проблемы. В целом, думаю, Институт будет нормально работать и развиваться.
Я оптимистично смотрю на будущее взаимодействие с новым руководством и надеюсь, что и наши сотрудники, и сотрудники других институтов будут работать с новым руководством конструктивно и энергично. Быть руководителем Федерального агентства по атомной энергии, который держит в своих руках ключевые вопросы обороны, связанные с ядерным оружием, — это большая честь, на такие должности назначают с согласия самых больших руководителей Российской Федерации, поэтому я думаю, что и Президент, и премьер-министр окажут поддержку нашему новому руководителю.
— Как Вы отнеслись к тому, что на эту должность назначен неспециалист в ядерной отрасли?
— В начале создания отрасли тоже были неспециалисты, и очень неплохо отраслью руководили.
У меня такая философия — есть несколько типов руководителей. Неспециалист в конкретной области с хорошим организационным и управленческим опытом может очень внимательно слушать предложения ученых, инженеров, других руководителей и принести огромную пользу. А бывают руководители-специалисты, но очень низенького уровня. И первого типа руководитель приходит как будто бы чистый лист бумаги, на котором можно написать очень хороший текст, а второй приходит иногда с уже написанным плохим текстом. Вот второго типа руководителей я больше всего боюсь.
Надеюсь, Сергей Владиленович, имея большой опыт, выполнит задачу, которую поставил Президент, потому что уважительное, доброе отношение к специалистам, к ученым у него есть.
— О перспективах нижегородской АЭС вы не разговаривали?
— Нет. Это пока не обсуждалось. Конечно, жаль, что в свое время АЭС не достроили, она была практически готова. Я думаю, она бы выполнила большие экономические задачи, и вопросы безопасности были бы решены, потому что рядом разработчик — ОКБМ, и Ядерный центр. Уж мы бы в четыре глаза присмотрели…
И энергетические проблемы в Нижнем Новгороде есть.
— Когда Сергей Владиленович приезжал к нам в качестве председателя Правительства, он сказал на пресс-конференции, что уж очень много территорий находится в охраняемой зоне — особенно ему не понравились балыковские огороды. Многие, когда услышали о его назначении, сразу это вспомнили и забеспокоились, не будут ли сделаны решительные шаги по открытию города?
— Когда Сергей Владиленович был полномочным представителем Президента в Приволжском округе, ни одного вопроса, связанного с открытием города, он не ставил. Даже во время торжеств в 2003 году именно Сергей Владиленович сказал, чтобы все режимные требования, сформулированные службой безопасности ВНИИЭФ, были выполнены неукоснительно, и строго следил как государственный человек, чтобы это было сделано. Можете не беспокоиться, у Сергея Владиленовича очень взвешенная позиция, совпадающая с позицией горожан.
— В каком сейчас состоянии процесс реорганизации ВНИИЭФ?
— Нам бы хотелось, чтобы часть инфраструктуры ВНИИЭФ и часть конверсионных подразделений отошли от Института, чтобы Институт стал более компактным, а подразделения, которые будут выделены, жили нормальной обеспеченной жизнью, с хорошей зарплатой, с хорошей перспективой.
Мы решили в первую очередь начать процесс выделения Энергоуправления. Сделан первый шаг, чтобы превратить его в самостоятельное предприятие: имущество Энергоуправления передано в структуру «ВНИИЭФ — Обеспечение», которая с 1 января является акционерным обществом со 100%-ным влиянием государства. В перспективе планируется превратить Энергоуправление в самостоятельное акционерное общество со 100%-ным государственным участием. Это позволит им и более эффективно работать, и иметь инвестиционную составляющую, необходимую для завершения третьей очереди ТЭЦ. Что касается других подразделений, сейчас мы рассматриваем все очень внимательно, аккуратно. Сегодня решали, как начать такое же перемещение научно-производственного комплекса, который работает на Газпром. Есть несколько предложений, оптимальный вариант пока не выбрали. Думаем, как поступить, чтобы и людям лучше жилось, и производственная мощь крепла. Если мы в этом году выделим хотя бы ТЭЦ, я считаю, это будет хорошее дело.
Оборонная часть как была, так и остается в неприкосновенности. Реструктуризация коснется только части конверсионных подразделений и инфрастуктуры. Например, система УМиАТ тесно связана с основной производственной частью, трогать ее сейчас нецелесообразно.
— В центральной прессе высказывается предположение, что Кириенко вернули ближе к центру как возможного кандидата в президенты на выборах 2008 года. Ваше мнение, надолго ли он пришел в Росатом?
— Мне кажется, в атомной энергетике действительно есть серьезные проблемы. И Сергея Владиленовича пригласили на очень серьезную государственную работу. Конечно, каждый человек может строить планы, но главное — выполнить задачу, которую поручил Президент.
А вот слухи насчет приватизации отрасли и так далее — меня немного смешат. Когда мы обсуждали ситуацию, Сергей Владиленович был огорчен тем, что сегодня в Росатоме нет своего машиностроения, своих мощных строительных организаций, как это было в Минсредмаше. Машиностроение и строительные организации приватизированы и не очень эффективно работают. Вопрос не в том, чтобы что-то приватизировать, нужно засучить рукава и работать, чтобы атомные станции быстро строились, чтобы наполнялись лучшим оборудованием, чтобы это оборудование делалось быстро на заводах, которые контролируются Росатомом, и система управления в перспективе должна быть чисто российская.
Он сказал: я жду, что наш мощный оборонный комплекс, научный комплекс, который накопил колоссальный опыт, внесет больший вклад в атомную энергетику. Работа и на российскую, и на мировую атомную энергетику — один из мощных источников пополнения бюджета, в том числе, военных научно-технических учреждений.
Нам это тоже очень нужно, потому что в нашем ЗАТО есть серьезные проблемы с созданием новых рабочих мест. И я надеюсь, что наших специалистов-оружейников будут более серьезно привлекать для решения этих задач.
— О технопарке шла речь в беседе?
— Я попросил поддержать нас. Президент обозначил четыре технопарка — а заявок подали 28! И все руководители регионов, областей очень сильно защищают свои интересы. Кириенко и председателю Правительства я сказал, что Саров — единственное место, которое, во-первых, представляет военно-промышленный комплекс (а все признают, что именно ВПК накопил много технологий и знаний), во-вторых, имеет завершенный цикл: мы можем сделать все — от современных расчетов до серийного производства. Это очень важно, практически никто не умеет этого делать.
Будем надеяться, что к нашей точке зрения прислушаются.
— Говорили ли вы о кадровой политике ВНИИЭФ?
— Да, говорили. Я сказал, что зарплата сотрудников недостаточна, что план 2006 года мне не нравится, и, кстати, военные недовольны тем, что объем НИОКР остается практически на уровне 2005 года. Если не будут приняты меры по увеличению финансирования, мы не сможем пригласить на работу талантливых молодых людей, поэтому этот вопрос мы тоже обсуждали.
Я считаю, что назрела и необходимость разрешить въезд и выезд за границу — на лечение, на отдых — тем людям, которые допущены к секретам. Это моя точка зрения, и я был бы признателен вам, журналистам, если бы вы этот вопрос раскрутили. Когда к нам приходят молодые люди, у них первые вопросы — жилье, зарплата, а третий — возможность выезда за границу.
Я разговаривал с В. Лукиным, уполномоченным по правам человека: сколько же мы будем терпеть такое поражение в правах. Он сказал, что готов рассмотреть этот вопрос, если будут обращения. Если бы вы, журналисты, эту тему серьезно подняли и помогли нашим специалистам превратиться в нормальных граждан, это было бы здорово.
— А служба безопасности что говорит по этому поводу?
— Конечно, им по существующим правилам работать проще, но ни в одной стране этого нет. Получается, в командировку человек может ехать куда угодно, ему разрешают, а в отпуск — нельзя. У нас в прошлом году был случай: не пустили человека на конференцию за границу — на Украину, а после этого он поехал на Украину в отпуск.
— Поддерживает ли Росатом жилищную программу ВНИИЭФ?
— Руководитель Федерального агентства нашу жилищную программу подписал. Но какие средства будут выделены — неясно. Надо надеяться, в первую очередь, на свои собственные силы. Росатом обещал выделять деньги на строительство общежитий. Если программа «Доступное жилье» будет успешной, будем развивать ее, потому что у банков есть интерес к ней.
— Сергей Владиленович хорошо знает наши нужды. Это может стать преимуществом для Сарова в противостоянии двух ядерных центров?
— Второй ядерный центр был создан в 1955 году специально для конкуренции, чтобы создавали лучшие конструкции, лучшую продукцию. Сейчас, когда нет ядерных испытаний, конкуренция разработок не столь остра, как раньше, и вопрос, как организовать работу ядерных центров, — это уже вопрос мастерства. Никто не собирается никого отодвигать, лишать работы. Вопрос, как оптимально распорядиться людскими и материальными ресурсами, всегда есть, а желания поддерживать кого-то одного нет ни в Росатоме, ни в Правительстве. И я уже сказал: главный тезис Сергея Владиленовича — не навредить оборонке.
— Получат ли сотрудники Института «подарок от Деда Мороза», а в Новом году — повышение зарплаты?
— С подарками сейчас трудно, но с 1 января, как всегда, у нас будет некоторое повышение зарплаты, потому что инфляцию мы обязаны гасить. Процент объявим через некоторое время.
— Фонд Андрея Первозванного номинировал Вас на премию «За веру и верность». Вы не могли бы подробнее рассказать об этом?
— Да, я получил от Мельника — президента Фонда святого всехвального апостола Андрея Первозванного — сообщение о присвоении мне звания лауреата международной премии Андрея Первозванного в номинации «За веру и верность». Действительно, есть такой фонд, и среди награжденных — много уважаемых мною людей, из минатомовцев такую премию до сих пор получили два человека, один из них — Виктор Никитович Михайлов. Я с большим удовольствием приму эту премию.
— С чем связано решение комитета о вручении Вам премии?
— В первую очередь, с работой Института по защите национальных интересов нашего народа и государства, потому что Институт выполняет важнейшие государственные задачи, связанные с обеспечением обороны страны. И, я думаю, с бережным отношением нашего Института и всех горожан к святыням Русской православной церкви.
Текст пресс-конференции подготовила к публикации М. Ковалева
